Григорий Родченков написал автобиографию с перспективным названием «Дело Родченкова: как я развалил секретную допинг-империю Путина». Он рассказал не только о допинговой схеме в Сочи-2014 и других тайнах нашего спорта (многое вы слышали/читали не раз), но и затронул и личное, описав тяжелый жизненный период – вынужденный переезд в США.

Почему и как он сбежал, где жил и скучает ли по России? Ниже – отрывки из книги, которую можно купить на Amazon.

Родченков впервые рассказал, как убегал из России: две машины до «Шереметьево», объятия с сыном, кроссовки и плавки в ручной клади

«Я нечаянно оставил телефон включенным – и корреспондент записал мои слова про трех придурков»

В 2015-м Родченков отпраздновал две круглые даты: 10 лет во главе Московской антидопинговой лаборатории и 30 лет с первого дня там же в качестве младшего научного сотрудника.

Осенью Григорий периодически виделся с заместителем министра спорта Юрием Нагорных – они обсуждали планы на Рио-2016. Но Виталий Мутко отметил, что им стоит быть более осторожными – в отношении российского спорта уже шло расследование. И в ноябре прогремел первый из череды допинговых скандалов: Ричард Паунд выступил с докладом о допинге в легкой атлетике.

Именно после этого Всероссийскую федерацию (ВФЛА) ограничили в правах – эту проблему Россия не решила до сих пор. Московская лаборатория подверглась реорганизации, а Родченкова уволили. В отчете Паунда говорилось, что профессор намеренно уничтожил 1417 допинг-проб, хранившихся в лаборатории.

Родченкова не остановить: говорит, СССР бойкотировал Игры-1984, потому что корабль с допинговой лабораторией не пропустили в США

Тогда Родченков дал знаменитый комментарий про «трех дураков» из независимой комиссии WADA – Паунда, немца Гюнтера Юнгера и канадца Ричарда Макларена. В книге он детально вспоминает тот эпизод:

«Я смотрел прямую интернет-трансляцию из Лозанны, где Паунд читал отчет – страница за страницей; уже через несколько секунд моя секретарша Анастасия отбивалась от телефонных звонков из газет и от телерепортеров со всего мира.

Life News продолжали звонить, я пытался положить трубку и отделаться от их назойливого репортера и нечаянно оставил телефон включенным. Поэтому когда я назвал Паунда, Макларена и Янгера «тремя придурками, которые ничего не понимают», Life News записали это, и через 10 минут аудиозапись разлетелась по интернету. Это был не лучший старт.

Родченков впервые рассказал, как убегал из России: две машины до «Шереметьево», объятия с сыном, кроссовки и плавки в ручной клади

9 ноября отчет Паунда взорвал российский спорт. Я критиковал его, я опровергал многие его обвинения и даже смеялся над ним. Но он навсегда изменил мою жизнь».

«Друг в Кремле предположил, что мое убийство могут замаскировать под суицид»

Родченков действительно превратился в главного злодея. Многие из обвинений он теперь опровергает: например, что вымогал деньги у спортсменов за сокрытие положительных допинг-проб, а еще – сотрудничество с экс-президентом ВФЛА Валентином Балахничевым («Это абсурд – я поссорился с ним, мы не разговаривали с 2010-го»).

Григорий встречался с Мутко, настаивал на подаче апелляции в CAS – бился за лабораторию всеми способами. Но министр спорта не хотел конфликтовать с WADA из-за Родченкова. Тогда же у профессора появились первые мысли об отъезде из страны.

«Мой друг из Кремля предположил, что мне понадобится персональная охрана на несколько дней. Каждый раз по пути на работу я выбирал новый маршрут и ехал вместе с телохранителем, который спал в моей квартире и смотрел телевизор с моим псом Врангелем.

От близких друзей я узнал, что Мутко велел присматривать за мной, чтобы я ничего не вывез из лаборатории. Но я уже сделал резервную копию офисного компьютера и вынул жесткий диск – беспокоиться было не о чем.

Родченков впервые рассказал, как убегал из России: две машины до «Шереметьево», объятия с сыном, кроссовки и плавки в ручной клади

Друзья, которые заботились о моей безопасности, сказали, что мне стоит быть осторожным во время плавания – я могу «утонуть» или «получить сердечный приступ» в сауне. Мне не стоит ходить одному ночью. Потом мне внезапно позвонил Хайо Зеппельт с тем же предостережением: «Ты в опасности – не оставайся в одиночестве». У нас с ним были сложные отношения: он ценил меня как источник информации, но я понимал, что его репортажи подвергали меня опасности. В какой-то момент он даже предложил помощь в перевозке семьи в Германию. Тогда это казалось отчаянной идеей, но сейчас?..

Родченкова прячут в США по программе защиты свидетелей: он получил дом и 26 млн рублей за полгода (а вот жена и дочь остались в России)

Мой друг в Кремле предупредил об угрозе и предположил, что мое убийство могут замаскировать под суицид, учитывая мою предыдущую попытку покончить с собой.

Я стал параноиком и мог фокусироваться лишь на одном: выбраться из России. Я знал, что за мной следят со всех сторон, поэтому мне пришлось скрывать намерения ото всех. Те выходные я провел дома. Брайан Фогель (режиссер и друг Григория – Sports.ru) хотел приехать в Москву, чтобы запечатлеть мои страдания и использовать этот материал в документальном фильме «Икар», но я объяснил, что моя ситуация важнее этого».

В разговоре с Фогелем, который они записали, Родченков заявил: «Я в опасности, потому что я единственный человек, который может убить обе стороны – Россию и WADA. Мне нужно сбежать, но не официально». Режиссер выслал Григорию электронный билет на самолет Москва – Лос-Анджелес. Они планировали, что Родченков пробудет в США две недели, а потом примет решение – возвращаться или нет.

«Получив этот электронный билет на вторник 17 ноября 2015-го, я впервые за эти несколько дней почувствовал себя счастливым, даже расслабленным. Наконец-то в конце тоннеля мелькнул огонек.

Вероника (жена) наблюдала за моим нарастающим отчаянием и спросила, что происходит. Я сказал, что холодный ноябрь сказался на мне, и я решил провести зиму в теплом ЛА; после перерыва мы могли бы снова планировать нашу жизнь, но я сказал ей, чтобы она держала это в строжайшем секрете. Она видела, насколько я был измотан, и разделяла мои страдания: «Я не могу смотреть, как ты страдаешь здесь, нервничаешь и теряешься. Было бы лучше для нас обоих, если бы ты уехал из Москвы на пару месяцев».

Родченков впервые рассказал, как убегал из России: две машины до «Шереметьево», объятия с сыном, кроссовки и плавки в ручной клади

После этого Родченкову позвонила чемпионка Лондона-2012 в прыжках в высоту Анна Чичерова. По словам Григория, она была в отчаянии, опасалась за карьеру и понимала, что вряд ли выступит в Рио-2016. Профессор пригласил спортсменку прогуляться по острову гребного канала в Крылатском.

«У меня не было багажа – багажная квитанция могла послужить предлогом не пускать меня в самолет»

«Понедельник 16 ноября 2015-го был самым тяжелым днем в моей жизни. Я отправился на работу, чтобы подписать несколько бумаг, которые не успели обработать должным образом, пока я был директором. Потом я провел бесполезную встречу с Нагорных. Он был уставшим и пессимистичным, но почему-то пытался поднять мне настроение, что имело обратный эффект. Я был отстраненным, мне казалось, что моя душа уже покинула Россию и находится в Лос-Анджелесе. Когда я прощался с Нагорных, я знал, что это последняя встреча.

Я чувствовал себя машиной, лишенной эмоций. Когда я был директором лаборатории, то любил шутить с коллегами, выслушивать рассказы об их проблемах и нуждах. Когда я лишился работы, мне не нужно было ни с кем разговаривать. И никто, казалось, не хотел говорить со мной.

Мысленно я расправился со всеми угрозами, которые могли помешать отъезду. Попросил своего IT-специалиста проверить мои документы в полиции: оставалось 5 штрафов за превышение скорости, каждый по 500 рублей. Это было немного, но я решил уничтожить все возможные препятствия, поэтому поехал в банк и все оплатил.

Видели нового Родченкова? Замотался шарфом, натянул шляпу, надел темные очки (видно только нос)

Это было мое последние посещение лаборатории, я сидел за столом и ничего не чувствовал. На следующий день мне предстояло ускользнуть от моего охранника и дезориентировать любого, кто увяжется за мной. Я громко объявил, что моя машина сломалась и что ремонтники прибудут завтра, отметив, что планирую весь день провести в лаборатории. Я втихаря зарегистрировался на рейс и распечатал посадочный. Юрий Чижов (замглавы лаборатории) отвез меня и охранника домой. Охранника я освободил, сказав, что Нагорных попросил составить докладную записку о текущих допинговых скандалах, так что мне было бы лучше поработать дома. Чижов переночевал бы у меня, а завтра благополучно доставил бы в лабораторию.

Родченков впервые рассказал, как убегал из России: две машины до «Шереметьево», объятия с сыном, кроссовки и плавки в ручной клади

«Эта машина – сущая головная боль», – повторял я постоянно, настаивая на том, что завтра буду в лаборатории следить за ее ремонтом. Я знал, что мои телефонные звонки прослушивали, и хотел сбить моих охранников со следа. Потом я позвонил моему сыну Василию и попросил прийти ко мне рано утром, чтобы помочь матери с ее компьютером. Я выпил немного виски и крепко заснул.

На следующее утро Василий пришел на завтрак, и я подал ему глазунью, как и обычно. Врангель мяукнул как кошка – померанцы очень музыкальны и издают много звуков, когда чуют запах свежеприготовленного блюда – я дал ему поесть. Как обычно. И тогда я признался, что мы поедем в «Шереметьево», потому что я лечу в ЛА – лечить астму. Не пользуйтесь мобильными и никому не говорите, куда мы едем – предупредил я Василия и Юрия. Мы взяли две машины – если одну из них остановит гаишник или у нее спустит колесо, я возьму запасную. Потом я позвонил в бухгалтерию и сказал, что через пару часов приеду в лабораторию.

В аэропорту я отдал Василию зимнее пальто и обнял его и Юрия, прежде чем пройти пограничный контроль и таможню. У меня не было багажа, потому что багажная квитанция могла бы послужить предлогом не пускать меня в самолет. У меня была небольшая сумка с сочинским ноутбуком, жестким диском офисного компьютера, пара плавок и беговые кроссовки – все, что мне нужно для двухнедельного пребывания в Лос-Анджелесе.

В самолете я спал, ел, потом снова спал. Брайан и его оператор встретили меня в ЛА, и я наблюдал за закатом в Лос-Анджелесе, моем любимом американском городе. Мы арендовали машину, и в темноте я осторожно последовал за Брайаном в мой новый дом в центре города. По московскому времени было 5 утра, я провалился в глубокий сон. Началась моя новая жизнь».

«За пределами России я был единственным, кто знал величайший секрет спорта XXI века»

В США Родченков консультировал Фогеля в ходе съемок документального фильма «Икар», который впоследствии получил «Оскар». Профессор рассказывал американскому режиссеру нюансы употребления и сокрытия допинга. Он все свободнее отвечал на вопросы, с большей охотой делился знаниями. Фогель видел, что Родченков рассказывает не все и просил откровенности.

Родченков впервые рассказал, как убегал из России: две машины до «Шереметьево», объятия с сыном, кроссовки и плавки в ручной клади

«Конечно, я привез в Лос-Анджелес кое-что, кроме ноутбука и спортивного снаряжения. За пределами России я был единственным, кто знал, вероятно, величайший секрет спорта XXI века: я знал, что русские разработали невообразимо дерзкий план мошенничества на Олимпиаде в Сочи, и это сошло им с рук».

Родченков объясняет, почему в России не говорили об «Операции Сочи» даже те, кто о ней знал: «В России можно погибнуть во время организованной драки после небольшого ДТП, когда какой-нибудь парень вытащит молоток и проломит тебе череп, или в ходе простой перебранки на улице».

Фильм о российском допинге взял «Оскар». Его посвятили Родченкову

Григорий боялся преследований ФСБ, особенно после дела об отравлении Александра Литвиненко. Но с каждым днем Родченков все отчетливее понимал, что обязан поделиться правдой о Сочи-2014. Он сделал копии документов с сочинского ноутбука и жесткого диска, взятого в лаборатории, и передал Фогелю. После расспросов Брайан наконец-то добился рассказ о подмене образцов в Сочи, а после они записали интервью, где Родченков подробно описал схему.

При этом профессор думал о возвращении: «Моя американская виза вот-вот истечет, у меня заканчивались ингаляторы, я понятия не имел, на какие деньги буду строить дачу в России, и я невероятно скучал по семье».

«Смерть Камаева была ясным сигналом. Если вернусь в Москву, меня запрут в психбольнице»

Родченков позвонил Никите Камаеву – исполнительному директору РУСАДА – с просьбой выслать образцы контейнеров, которые использовались в Сочи. Чтобы показать Фогелю, как их вскрывали в лаборатории. Камаев согласился, но попросил совет для книги о допинге в СССР и России.

Григорий тут же предупредил его, что писать такие книги опасно. Он настаивал, чтобы Камаев отправился в свою квартиру в Валенсии, сделал несколько копий рукописи и разослал друзьям. Но тот не поддавался панике и даже посмеивался над паранойей Родченкова.

Родченков впервые рассказал, как убегал из России: две машины до «Шереметьево», объятия с сыном, кроссовки и плавки в ручной клади

«Несколько дней спустя, 14 февраля, я работал над рукописью и получил сообщение с номера Никиты: «Гриша, Никита умер». Я тут же перезвонил, ответила его жена Анна. Мы плакали и проговорили около часа».

Жена Камаева не знала о книге, а потом Родченков услышал звуки полицейской сирены – и телефонный звонок оборвался. Григорий уточнил: у его друга никогда не было проблем со здоровьем, он занимался спортом, не курил и почти не выпивал.

«Это была смерть от «невидимой прививки», привычная практика в ФСБ. Смерть Никиты была для меня ясным сигналом. Учитывая, что ФСБ прослушивали его телефон, теперь они знали, что я пишу о разоблачении русского допинга. Прошло два месяца после интервью Фогелю, поэтому они наверняка догадывались, что государственная допинговая система в Сочи недолго останется в секрете.

К этому времени я уже знал, что миновал точку невозврата. Если я поеду домой в Москву, меня запрут в психиатрической лечебнице до конца жизни. ФСБ заклеймит меня баснописцем и будет настаивать на том, что мои дневники – фальшивка. В конце концов, именно так они и поступили, но никто им не поверил».

«Два раза накормили обедом, я доел виноград за Мутко». Олимпийские дневники Родченкова

Еще перед смертью Камаева Родченков переехал в Санта-Монику. Но после публикации о допинговой системе в Сочи-2014 ему вновь пришлось перебраться.

«Моя ситуация изменилась, причем не в лучшую сторону – возмущенные российские спортсмены и чиновники бросали в мой адрес завуалированные и не очень угрозы расправы. Мне пришлось перебраться из обалденного гнездышка в Санта-Монике в более безопасное место с подземной парковкой, что усложнило бы отслеживание моих перемещений.

Я поменял машины и номерные знаки. С конца весны 2016-го и до этого дня «нормальная жизнь» стала роскошью, недоступной для меня».

Родченков впервые рассказал, как убегал из России: две машины до «Шереметьево», объятия с сыном, кроссовки и плавки в ручной клади

«К середине года я покинул Лос-Анджелес, принял новую личность и привыкал откликаться на новое имя».

«Путинская Россия – позор для всего мира. Моей истинной родиной были леса и луга между Ромашково и Раздорами»

Несмотря на неприязнь Родченкова к тому режиму, частью которого он был сам, Григорий с грустью вспоминает родину – рассказывает, как встречал Новый год не под «Иронию судьбы», а смотря «Красотку», как плакал, думая о Москве.

«18 июня 2016-го Следственный комитет России возбудил против меня уголовное дело по обвинению в злоупотреблении служебным положением, незаконном ведении бизнеса, подделке документов  и нанесении ущерба репутации страны и сборных команд. На русских сайтах вспоминали смерть беглого Льва Троцкого, которого убили ударом ледоруба, и предполагали, что меня не оставят в живых надолго.

Я снова купил новый мобильный, поменял номер и перебрался в новый безопасный дом.

Кремль называл меня перебежчиком и предателем, но где же моя родина? Путинская Россия – это позор для всего мира. Моей истинной родиной были леса и луга между Ромашково и Раздорами на западе Москвы, по которым я бегал всю жизнь.

Моими любимыми местами в Москве были олимпийские объекты: круг в 8,5 мили на велотрассе и гребной канал, где я выгуливал собаку Врангеля – неподалеку от моего дома в Крылатском.

Я стал «безличным», как Никита Камаев, только я все еще был жив. Я знал, что больше никогда не вернусь домой».

Олимпийская велодорога в Крылатском на грани исчезновения. Идут суды, на землю претендует фирма Абрамовича – хотят построить гаражи

Фото: East News/Everett Collection, imago/Xinhua/EAST NEWS; globallookpress.com/Netflix/ZUMAPRESS.com, Alexander Kulebyakin/Russian Look; РИА Новости/Владимир Песня

Источник: sports.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

шестнадцать − 13 =